postheadericon Культура XVI в. в России.

Культура XVI в. в России.

 Культура XVI в. в России.Состояние образования в XVI в. Окончательное объединение русских земель вокруг Москвы и формирование в XVI в. централизованного феодального Русского государства, сопровождавшиеся ожесточенной классовой борьбой, нашли отражение в большом подъеме общерусской феодальной культуры.

Условия, в которых развивалась русская культура в XVI в., были мало благоприятны. Блокада Русского государства со стороны враждебных ему Польско-Литовского государства и Швеции препятствовала культурному общению с Западной Европой и была одной из причин сравнительной его отсталости. В народных массах грамотность была мало распространена:даже священники и дьяконы, по отзыву членов Стоглавого собора, «грамоте мало умеют».

На Стоглавом соборе был поднят вопрос об устройстве школ при церквах для обучения детей грамоте, но это предложение не могло быть осуществлено, так как не было людей, подготовленных к обязанностям учителей.

«Мы-де учимся у своих отцов и у мастеров,—говорили малограмотные кандидаты на священничеcкие должности,—а инде де нам учиться негде сколько отцы наши и мастера умеют, столько нас и учат».

Образование было достоянием господствующих классов—высшего духовенства и светских феодалов, но и среди последних попадались люди неграмотные. Однако условия политического момента способствовали подъему культурных сил. В узком кругу образованных людей выросла в середине XVI в. исключительная по своей яркости литература, и которой нашла себе выражение борьба идеологий, характерных для различных слоев русского общества того времени.

 

Литературный кружок митрополита Макария.

Самый крупный факт из истории XVI в.— оформление централизованного феодального государства—вызвал появление ряда монументальных трудов, имевших целью идеологически обосновать и исторически объяснить образование самодержавного Московского царства. Видимое место в разработке политической теории московского самодержавия принадлежит литературному кружку митрополита Макария (1542—1563 гг.). Еще будучи в Новгороде, Макарий задумал поразительный по замыслу труд, который должен был объединить все удельные литературы. Макарий предполагал собрать и объединить «все чтимые» (т. е. читаемые) книги, "яже в русской земле обретаются". Он привлек, не щадя «сребра и всяких почестей», лучших писателей своего времени (сына боярского Василия Михайловича Тучкова, дьяка Дмитрия Толмачева и др.).

Уже в Москве закончены были «Четьи-Минеи» (помесячное чтение), грандиозное собрание в 12 томах церковно-литературного материала. В него вошли и были расположены по месяцам и числам краткие и пространные сказания о праздниках, жития святых, церковные поучения, относящиеся к тем или иным  дням, произведения, принадлежащие поминаемым святым, а в конце каждого месяца—церковно-поучительные сочинения писателей  не святых и безымянные.

«Четьи-Минеи» тесно связаны были с канонизацией  русских святых, но значение их было горазда шире. Это попытки подвести итоги всему, что было создано в русской церковной  литературе предшествующего времени. Материал был объединен  не только механически. Старинные житии были проредактированы политически и переработаны стилистически; создание единого стиля являлось очень существенным моментом в развитии общерусской литературы. Наряду с канонизацией русских «святых» на соборах 1547 и 1549 гг. и с постановлением Стоглавого собора об унификации культа «Четьи- Минеи» утверждали церковно-религиозное единство Русского государства.

«Степенная книга».

Другой задачей литературы XVI в. было исторически объяснить и оправдать политическое объединение русских земель в единое государство и установление и нем самодержавной власти. Во второй половине XV в. и в XVI в. произведена была работа по составлению общерусского свода (летописи Софийские 1-я и 2-я, Воскресенская и Никоновская). Обширный, разнородный по происхождению летописный материал был дополнен отдельными сказаниями, объединен в одно целое и связан общей идеей национального, политического и религиозного единства Русской земли.

В середине XVI в. приступлено было к составлению грандиозной иллюстрированной всемирной истории в 11 томах, в которой история Русского государства находила себе достойное место («Царственная книга»). Самым замечательным историческим трудом данной эпохи по своему замыслу и выполнению является «Степенная книга»—систематическое изложение истории образования Московского царства.

«Степенная книга» составлена была по распоряжению митрополита Макария в 1561— 1563 гг. его учеником, протопопом Благовещенского собора Андреем (в монашестве Афанасием, впоследствии митрополитом). В отличие от летописных сводов, излагавших события в хронологической последовательности, «Степенная книга» является цельным произведением, в котором все части тесно связаны между собой не только общей идеей, но и литературной конструкцией.

«Степенная книга» имеет своею целью показать мировое значение Московского царства как исторического преемника Римско-Византийской империи и державы Владимира «святого» и извечность самодержавной власти московских князей.

Все предки Ивана IV представлены как ветви, исходящие от единого ствола, каковым является родоначальник московского великокняжеского рода Владимир «святой», или как «лествица», восходящая от того же Владимира к Ивану IV, в которой каждую ступень, или «степень» (отсюда и название «Степенная книга»), составляет княжение каждого великого князя.

Путем этой литературной метафоры автор показывает, что самодержавие Ивана IV является продолжением той «лестницы», которая, начинаясь о самодержавия Владимира, связана через Рюрика с кесарем Августом, а через Владимира Мономаха—с Константином Мономахом. Основная мысль «Степенной книги» заключается в божественном происхождении и в чудесном характере преемственности царского самодержавия Ивана IV.

Литературная форма, в которую облечена эта мысль, должна была соответствовать возвышенности выражаемой ею мысли, отсюда высокопарная стилистика, характерная вообще для макаьевской литературы.

Сочинения Ивана IV.

То же историческое обоснование царского самодержавия дает сам Иван Грозный в трех посланиях к князю Курбскому. Он полемизирует с изменником-князем, обвинявшим его в бесцельной жестокости, и излагает свое собственное понимание значения царской власти.

В послании в Кирилло-Белозерский монастырь Грозный обличает монахов в нарушении правил монашеского жития и призывает следовать примеру Кирилла Белозерского, основателя монастыря. Сохранились и другие писания Ивана IV, например, послание к опричнику Василию Гряз-типографии прервалась вследствие пожара типографии от подога.

Сам Федоров жаловался на «презельное (превеликое) озлобление», которое он терпел «от многих начальник и священноначальник и учителей, которые на нас, зависти ради, многие ереси умышляли, хотя и благое дело в зло превратити и божие дело в конец погубити».

Виновником прекращения деятельности типографии было духовенство, которое увидело в печатании книг "ересь" и нашло поддержку среди некоторых кругов знати. Федоров и Мстиславец уехали из Москвы в Белоруссию и оттуда на Украину, где продолжали свою издательскую деятельность, явившись выдающимися пионерами печатного дела не только в Москва, но и в Белоруссии и на Украине.

Пожар типографиине остановил развития печатного дела в Москве. Известна книга,  напечатанная  в Москве в 1568 г. Впоследствии Иван IV устроил новую типографию в Александровской слободе.

Печатная продукция XVI в. ограничивалась небольшим количеством богослужебных  книг.

Искусство XVI в.

Политический рост Русского государства в ХVI в. отразился и на развитии национального русского искусства. На основах народного деревянного зодчества вырабатывается новых национальный стиль церковных построек, так называемый шатровых храм, который свидетельствует о разрыве с византийский традицией.*Одним  из  ранних образцов этого стиля является великолепная церковь Вознесения  в царском селе Коломенском, "зело чудно высотою и красотою   и светлостью, таковы не бывала прежде сего на Руси"  построенная  в 1532 г.

Она представляют собой высокую двадцатигранную  башню,  увенчанную кокошниками; из кокошниками вырастает меньшая восьмигранная    башня, которая покрыта  высоким  восьмигранным шатром с почтой   с почти незаметной главкой. Самым замечательным памятником   шатровой  архитектуры остается Покровский собор   (так называется церковь Василия Блаженного).

Построенный Иваном  IV в 1555-1560г. в память взятия  Казани. Он образует  группу  восьми  храмов  вокруг центрального столпа в  виде восьмиугольной звезды. Каждая  из этих  церквей поражает  богатством и разнообразием орнаментовки . В целом собор  представляет непревзойденный по  изяществу  и оригинальности  памятники  русской архитектуры. Строителями его были зодчий Барма, происхождения которого  точно не установлено, и псковский  мастер  Постник Яковлев.

В  настоящее  время Покровский собор  обращен  в музей. Идеология  центрального  феодального государства с особенной  наглядностью  выражается  в  живописи  XVI в., которая , как в литература, было  использована  для пропаганды идей самодержавия.    После пожара 1547г. дворец был ремонтирован  и внутренний стены его  были покрыты новой росписью.  На стенах Золотой палаты  ряды символических  картин были изображена теория самодержавной власти в лице юноши-царя, носителя высшей милости и справедливости и победителя неверных.

В росписи Золотой палаты и в деревянной резьбе царского места в Успенском соборе была увековечена литературная легенда о венце Мономаховом. На иконе, известной под названием «Воинствующая церковь» (хранится в Третьяковской галлерее), прославляется взятие Казани и изображено русское воинство, идущее из пылающей Казани к «святому граду»—Москве. Аналогичный сюжет находим на пелене митрополита Макария, хранящейся в Русском музее в Петербурге. Ту же цель прославления самодержавия преследуют прекрасные миниатюры в рукописи «Царственной книги».

Влияние западноевропейской итальянской живописи на русскую живопись XVI в. отчасти сказалось в обилии символических образов в дворцовой росписи (день и ночь, четыре ветра, любовь со стрелком, олицетворение добродетелей и пороков и т. п.). В фресках Благовещенского собора, написанных псковскими художниками после пожара 1547 г., заметно стремление к реализму, знакомство с анатомией человеческого тела.