postheadericon Второй трибунат Гая Гракха

Второй трибунат Гая Гракха

Как было сказано выше, вполне точную последовательность законов Гая установить трудно, Однако вероятнее всего, что на время его второго трибуната (с 10 декабря 123 г. по 10 декабря 122 г. до н. э.) падают два мероприятия: закон о выводе колоний и законопроект о даровании прав гражданства союзникам.
Необходимость первого закона вызывалась тем, что запасы народав Италии истощались, а аграрный вопрос всё еще был далёк от решения. Кроме этого, основание новых колоний преследовало не только разрешение аграрного вопроса, но в некоторые другие цели. В Италии Гракхом были основаны дне или три колонии: колония на Бруттийском полуострове, названная Минервией, в Таренте (Нептуния) и, быть может, в Капуе, Но этого было слишком мало. Поэтому Гай выдвинул новую дли Рима идею: основывать колонии вне Италии, в провинциях.

 Первой такой колонией должна была быть Юнония (на месите Карфагена). Вождей демократии   не смущала мысль о том, что терратория, на которой некогда находился Карфаген, была предана проклятию. Один из коллег Гая, народный трибун Рубрий предложил и провёл соответствующий закон. В Юнонии должны были получить наделы 6000 колонистов, причём наделы довольно крупные (до 200 югеров).
Это обстоятельство, равно как и местоположение новых котонин в Италии и вне её, наводит на мысль, что они должны были служить не только аграрными, но и торгово-ремесленными центрами. Плутарх пишет, что «Гай предложил вывести две колонии и послать в них наилучших из граждан» «Наилучших» — значит — состоятельных, зажиточных, не бедноту. Основывая колонии и давая в них крупные наделы, Гракх, поводимому, хотел развить торговлю сельскохозяйственными продукции ими и вообще поднять производительные силы Италии и провинции.
Законопроект о правах гражданства, как и судебный закон, прошёл, поводимому, два этапа. Первый вариант его был довольно умеренный и касался только граждан с латинским правом, которые должны были получить полные права римского гражданства. Второй вариант был гораздо радикальнее; его Гай внес тогда, когда сенаторская оппозиция открыто выступила против него.
В 122 г. до н. э. сенаторская оппозиция решила дать демократии первый бой. Удобным поводом явился закон о выводе колоний и особенно законопроект о латинах. Против Юнонии можно Пило агитировать по двум основаниям: во-первых, можно было попользовать нежелание плебса вообще уезжать из Италии; во- вторых  , против Юнонии, в частности, возражали по религиозным соображениям, а также использовали старый страх перед Карфагеном, говоря, что новая колония сделается соперником Рима.

Что же касается предоставления прав гражданства латинам, то мы знаем, как неохотно римское гражданство делилось споим привилегированным положением.
Для борьбы с Гаем сенаторская оппозиция прибегла к следующему средству: на каждое его предложение было решено отвечать другим предложением, на вид более радикальным, и таким демагогическим приёмом лишить Гая его популярности среди демократии.

Это должен был сделать коллега Гая — Марк Линий Друз. Его контрпроект состоял в том, чтобы основать в Италии 12 колоний по 3000 человек в каждой. В отличие от колоний Гракха, колонии Друза должны были вербоваться из беднейших слоёв и освобождались от арендной платы. «Ливий, — Говорит Плутарх, — хотел основать 12 колоний и в каждую из них послать по 3000 неимущих граждан и нашёл в этом поддержку сената». Проект Друза нельзя было осуществить из-за недостатка Италии земли, и практически из него ничего не вышло. Но народное собрание не разобралось в этом вопросе. Его подкупи кажущийся демократизм законопроекта Друза, и законопроект стал законом. Популярности Гая Гракха был нанесён первый удар.
За ним последовал второй. Против предложения дать латинам гражданские права Друз выдвинул другое: запретить римским полководцам подвергать латинов телесным наказаниям, Этот законопроект не наносил гражданам никакого ущерба поэтому без труда прошёл в народном собрании.
В это время Гракх допустил одну тактическую ошибку вместе с Фульвием Флакком он на два месяца уехал в Африка для устройства Юнонии.

 

Тем самым он, во-первых, нарушил конституционный обычай, запрещавший народному трибуну по» кидать Рим, а во-вторых  — и это самое главное, — продолжительное отсутствие Гая из Рима дало возможность его врагам развить против него бешеную агитацию и сильно укрепи свои позиции.
Когда Гай вернулся в Рим, он, раздражённый противодействием, внёс законопроект об италиках в новой, гораздо более решительной форме. Передавая его содержание, источники и сколько расходятся.

 

Одни говорят, что законопроект одинаков предоставлял полные права гражданства и союзникам, и латинам, другие утверждают, что он разделял тех и других: только латины должны были получить полные права гражданства, тогда как союзники — ограниченные. Но как бы то ни было вторая редакция законопроекта носила более радикальный характер.
Вокруг этого законопроекта и разыгрался решительный бой Консул 122 г. до н. э. Гай Фанний, в прошлом друг Гракха, теперь перешедший на сторону его противников, выступил демагогической речью против законопроекта. Он говорил, ч если италики получат права гражданства, то они захватят в лучшие места в Риме, а коренным гражданам не останется и чего. Фанний знал свою аудиторию и успешно играл на эгоистических чувствах граждан. В день голосования сенат предложи консулу удалить из Рима всех неграждан, что и было сделан Дальнейшая судьба законопроекта неизвестна: не то Гай Гракх взял его обратно, видя настроение народного собрания, не Ливии Друз наложил на него вето.


Гай испытал политическое поражение, от которого уже не смог оправиться. Он окончательно потерял популярность у римской народной массы. Поэтому, когда летом 122 г. до н. э. выставил свою кандидатуру в народные трибуны на 121 г., был забаллотирован. Позднее, на консульских выборах, народное собрание избрало одним из консулов его смертельного враг разрушителя Фрегелл Люция Опимия. 10 декабря 122 г. до н. э. Гракх сложил с себя трибунские полномочия и таким образом лишился трибунской неприкосновенности.

В январе 12 1г. до н. э. вступили в должность новые консулы. Теперь для врагов Гракха настал благоприятный момент, чтобы с ним расправиться. Поводом для этого избрали вопрос о Юнонии. Народный трибун Минуций Руф внёс предложение об её уничтожении. «Пришло известие, — пишет Аппиан, — что волки вытащили и разбросали пограничные столбы, поставленные Гракхом и Фульвием, и что авгуры истолковали это как дурное предзнаменование для будущей колонии»
На Капитолии   собрались комиции, которые должны были решить судьбу Юнонии. Настроение в Риме было чрезвычайно возбуждённое. Обе стороны готовились к борьбе. В то время, когда Консул Опимии совершал жертвоприношение перед открытием народного собрания, один из его ликторов, Квинт Антиллий, оскорбивший демократов, был убит. Это дало повод собрать сенат, который объявил государство в опасности и вручил консулам чрезвычайные полномочия.
Люций Опимий отдал приказ, чтобы вооружённые оптиматы со своими клиентами и рабами заняли Капитолий. К ним присоединилась и часть всадников. Для расправы с демократами были использованы критские наёмники. Популяры во главе с Гаем Гракхом и Фульвием Флакком заняли Авентинский холм. И последнюю минуту они обратились за помощью к рабам, но было  поздно. Люций Опимий приказал своим силам взять штурмом Авентин. Критские стрелки засыпали популяров стрелами.

Около 3000 их были убито. Фульвий Флакк попытался скрыться И в мастерской своего клиента, но там был найден и убит вместе со он своим сыном. Гай Гракх, отступая с Авентина, вывихнул ногу. Два его друга на мосту через Тибр некоторое время задерживали преследователей, пока не были убиты. Гаю удалось перебраться ми правый берег Тибра. Но враги приближались. Не желая попасть в их руки живым, он приказал сопровождавшему его ра6у убить себя. Раб исполнил приказание, после чего сам лишил себя жизни. Трупы погибших гракханцев были брошены в Тибр, Имущество их конфисковано, их близким было запрещено носить траур. Таким образом, оптиматы одержали полную победу.
Консул Опимий совершил обряд очищения города и по приказаний сената построил на форуме храм в честь богини Согласия. Однако реакция не смогла полностью уничтожить я т0 чег0 добились демократы за период

 133 -122 гг. до и. э. Роль народного собрания в политической жизни Рима значительно выросла. Суды надолго остались в руках всадников. Откупная система поручила дальнейшее развитие в том направлении, как это было намечено Гаем Гракхом. Всадничество завоевало себе большие экономические и политические преимущества. Хотя Юнония по закону Минуция Руфа, принятому уже после гибели Гая Гракха была уничтожена, но колонисты там фактически остались.

Одержал победу самый принцип внеиталийских колоний: в 118 г. до н. э. была выведена колония в Нарбон (в Южной Галлии) Вероятно, уцелели и многие из второстепенных законов младшего Гракха.
Что касается аграрной реформы, то в результате её количеств мелких землевладельцев увеличилось приблизительно на 80 000. Однако эти успехи были частичными и временными. Восстановите мелкое крестьянское хозяйство в условиях прогрессирующего рабавладения было невозможно.

 Это как раз являлось утопической частью программы Гракхов. Реакция и пошла прежде всего по этому пути. Очень скоро после гибели Гая. Гракха были отменены неотчуждаемость и наследственная аренда участков, полученных по аграрным законам Гракхов. Тем самым крупным собственникам снова была предоставлена неограниченная возможность скупки крестьянских участков.

«И немедленно, — говорит Аппиан, — богатые стали скупать участки у бедных, а иной рая под этим предлогом и насильно отнимали их. Положение бедных ещё более ухудшилось» .
Затем была упразднена аграрная тройка и было установлено, что оставшиеся неразделёнными государственные земли не подлежат дальнейшим переделам, а участки агер публикус в рамках законной нормы, находившиеся в руках их поссессоров, являются их полной собственностью. Однако эти участки были обложены особым налогом. Полученные от сбора такого налога суммы под лежали раздаче народу.
Наконец, закон 111 г. до н. э., значительная часть которого известна нам из надписи, подытожил всё послегракховское аграрное законодательство. Согласно этому закону, все бывшие государственные земли, независимо от того, являлись ли они мелкими наделами, полученными по , или крупными участками в рамках границ, установленных тем же законом (от 500 до 1000 югеров), объявлялись частной собственностью, не подлежащей ни дальнейшим переделам, ни обложению.

Владельцы их становились неограниченными собственниками своих наделов, они могли, по выражению закона, «пользоваться, иметь и владеть» ими, могли продавать как самые участки, так и находящиеся на них строения. В будущем частным лицам запрещалось занимать оставшиеся ещё неразделёнными государственные земли, которые должны были сдаваться в аренду цензорами или служить общественным пастбищем. Для пользования ими был установлен максимум в 10 голов крупного и 50 голов мел кого скота. Закон 111 г. до н. э. касался не только италийских, но и про-винциальных земель. Больше всего в нём говорилось об африканских землях. Закон 111 г. признавал в силе закон Рубрия. Хотя формально колонии на месте Карфагена не устраивалось, но фактически колонисты получали по 200 югеров земли, были освобождены от уплаты десятины и пастбищных сборов, а для организации их были назначены два особых должностных лица (дуумвиры). В надписи есть упоминание и об агер публикус на месте Коринфа.
Таким образом, конечным результатом аграрной реформы было торжество частной собственности на землю.

В конце II в. до н. э., в период высшего расцвета рабовладельческой системы в Италии, невозможно было искусственно возродить мелкое землевладение. Исторические результаты реформы оказались в некоторой степени противоположными тем целям, которые ставили перед собой реформаторы.

Правда, положение римского крестьянства на некоторое время улучшилось. Но, во-первых, римское крестьянство далеко ещё не составляло крестьянства всей Италии, а во-вторых, как мы видели выше, это улучшение было временным. Аграрный вопрос не мог быть решён в рамках рабовладельческой формации (как, впрочем, и в рамках всякой классовой формации вообще. Наоборот, превращение большей части государственной земли в частную собственность только облег-чило процесс концентрации земли и дальнейшего разорения крестьянства.


 Значение демократического движения 30—20-х годов  II. в. до н. э. в истории  Рима было очень велико.

Реформы Гракхов, явившиеся выражением этого движения, содействовали развитию производительных сил и укреплению рабовладельческого строя. Раздел государственных земель, вывод колоний, улучшение до- рог — всё это помогало развитию частной собственности и про¬пито товарного хозяйства. Реформы Гракхов значительно укрепили всадничество, окончательно обособив его от нобилитета. Они подготовили вопрос о включении италиков в состав римского гражданства и близко подошли к его решению. Путём административных и конституционных реформ братья Гракхи внесли значительные улучшения в римский государственный аппарат. Римская демократия достигла при них высшей точки своего расцвета.
Однако почему же Гракхи погибли, а их реформа не переросла в демократическую революцию, не была доведена до конца? Основная причина лежит в слабости италийской демократии. Как всякая античная демократия, она была ограничена, так как не включала в себя рабов, то есть основную массу трудового населения. Вспомним, что Гай Гракх попытался призвать рабов к восстанию только в самый последний момент. Кроме того, демократия Италии страдала от глубокого внутреннего противоречия, противоречия между гражданами и негражданами, римлянами и италиками.

Как раз это противоречие погубило демократическое движение на его последнем этапе. Наконец, в рядах самих демократов не было единства. Хотя Гаю Гракху удалось на некоторое время объединить все общественные группы, враждебные сенатскому режиму, однако это объединение было непрочным что показало, например, поведение всадников в решающий момент борьбы.

 

Похожие материалы