postheadericon Жанна Д'арк

Жанна Д'арк

ок 1412—1431 гг.

«Я военачальник... послана сюда от Бога, Царя Небесного, чтобы изгнать всех вас до единого из Франции».

Письмо  Жанны  к англичанам , 22 марта  1429 г.

 

Личность Жанна Д'арк уникальна . В этом собрании великих полко­водцев она — единственная женщина, и одна из всего лишь двух святых. Это уже дает понять, что есть что-то необычное — если не странное — в фигуре Жанны как военачальника. Конечно, ее канонизировали не за вклад в освобождение Франции от власти англичан, но заслуги ее в этом деле значительны. После сня­тия осады с Орлеана в начале мая 1429 года и разгрома англичан в сражении при Пате 18 июня того же года она сопровождала дофина Карла на его коронацию в Реймсе 17 июля и принимала участие в освобождении многих городов, ранее на­ходившихся в руках англичан и их бургундских союзников, пока не была схваче­на последними у Компьеня в мае 1430 года.


Жанна Д'арк

То, что она была канонизирована только в 1920 году, то есть спустя почти че­тыреста лет после ее осуждения за ересь и сожжения в Руане 30 мая 1431 года, показывает, что Жанна была столь же неоднозначна в смерти, как и в жизни. В конце концов, немногие еретики, осужденные Римско-католической церко­вью, стали потом святыми по тем же основаниям.

Военная карьера Жанны была кратковременной, но все же мы знаем о ней больше, чем можно было ожидать, имея в виду ее пол и социальный статус. Она сама рассказывает нам о себе в ответах на вопросы суда в 1431 году (инквизи­ционный процесс), процедура проведения которого была объявлена недейст­вительной, а приговор отменен вторым процессом 1456 года (оправдательный процесс, позже названные «Реабилитацией»). В оправдательном процессе да­вало показания не менее 115 человек, которые знали ее лично. Среди этих сви­детелей в том числе были и друзья детства, и товарищи по оружию, и военачаль­ники французской армии. В то время, когда «женщины были исключены из участия в мужских делах», как говорилось в одном военном трактате XIV в., жизнь Жанны была уникальным явлением. Поэтому неудивительно, что по­ступки ее были зафиксированы в хрониках, письмах и правительственных от­четах. И при всем при этом «объяснить» Жанну тем не менее непросто. Много чернил было израсходовано в попытках сделать это. Мы должны отбросить на­слоения более поздних веков, чтобы понять, какой была Жанна на самом деле и ее значение как военачальника.

Жанна — женщина

Мы не знаем, когда родилась Жанна. На вопрос о ее возрасте во время инквизици­онного процесса она ответила, что, «насколько она знала, ей было около 19 лет». В то время, когда она сняла осаду с Орлеана в 1429 году, следовательно, ей было не более 17 лет. Хотя в истории есть примеры и более молодых военачальников, но это были члены королевской семьи или представители знати, и они занимали команд­ные должности по праву рождения. Происхождение Жанны было весьма скром­ным.


Жанна Д'арк

По общему признанию, ее семья не относилась к разряду разорившихся: это были простые фермеры, а дядя Жанны был священником. Отец Жанны был дуай­еном, или старейшиной Домреми (в настоящее время входит в департамент Воге­зы), он представлял своих односельчан и помогал собирать налоги, которые дерев­ня была обязана платить короне. Добившись успехов на военном поприще, Жанна не оставляла своим вниманием семью — два ее брата, которые служили вместе с ней, были возведены в дворянское достоинство 25 декабря 1429 года, — а также всю коммуну.

Спустя две недели после коронации 17 июля 1429 года Карл VII освобо­дил Домреми от уплаты налогов «в честь и по просьбе Жанны Девственницы, при­нимая во внимание ее великую и полезную службу, которую она исполняла и ис­полняет каждодневно». Налоговые регистры отмечали каждый год до наступления Французской революции словом «neant (ничего) — Девственница».

Жанна была, по всей видимости, обычной деревенской девочкой. Во время про­цесса ей задали вопрос, училась ли она какому-либо ремеслу в юности, и Жанна ответила: «Да, шить суконные полотна и прясть», и что она «не уступит ни одной женщине Руана по части прядения и шитья». Это — маленький пример той брава­ды и уверенности в себе, которая помогала ей успешно выступать в роли военного лидера. Как она сама объясняла, ее «голоса» приказали ей покинуть дом и отпра­виться к французскому королю, чтобы спасти королевство. Один из свидетелей во время процесса по реабилитации показал, что Жанна сначала отправилась в мае 1428 года к Роберу де Бодрикуру, ее местному господину и капитану Вокулера, но он отослал ее назад. В октябре 1428 года англичане осадили Орлеан, отводя этой операции важное место в кампании по вторжению на территорию к югу от Луары, контролировавшуюся дофином. Осада продолжилась в следующем году, и «голоса» внушили ей более определенное намерение: она должна была снять осаду. В конце концов удалось уговорить де Бодрикура; он предоставил Жанне меч, коня и эс­корт, и она отправилась ко двору дофина в Шинон 22 февраля 1429 года. С этого момента она стала носить мужскую одежду и коротко остригла волосы.

Жанна становится воительницей

У Жанны не было никакого опыта ведения военных действий и никакого опыта командования. Она была, как все женщины того времени, полностью исключена из военной сферы как в теории, так и на практике. Как же она все-таки смогла стать полководцем? Ответ нужно искать не только в военном и политическом кон­тексте, но также и в религиозной экзальтированности. Англичане понесли в самом начале осады Орлеана серьезную утрату: погиб их военачальник Томас граф Сол­сбери, ставший одной из первых жертв огнестрельного оружия. Они мобилизова­ли все свои ресурсы, чтобы сохранить в течение зимы армию, окружавшую город. Благодаря победе сэра Джона Фастолфа в «Битве сельдей» около Руврэ 12 февра­ля им удалось захватить продовольствие, столь необходимое для продолжения осады. Перед лицом изменившейся ситуации советники дофина вынуждены бы­ли искать новые решения. Из Орлеана было отправлено посольство во главе с По- тоном де Ксентраем (впоследствии одним из товарищей Жанны по оружию) к герцогу Бургундскому, которое должно было убедить герцога разорвать союз с англичанами в обмен на договоренность по разделению власти с дофином. Из этой затеи ничего не вышло, но в скором времени разногласия между герцогом Бур­гундским и его союзниками все равно привели к тому, что он отвел свои войска. Момент для французской попытки снять осаду с Орлеана созрел.

Прибыв в Шинон 4 марта 1429 года и встретившись с дофином два дня спу­стя, Жанна появилась как раз вовремя. Это не могло быть случайным совпаде­нием. Карл, как известно, верил в знаки и предсказания. Историки предполага­ют, что Жанна была выдвинута одной из придворных фракций .** анжуйцами — которые были связаны с его женой Мари д’Анжу. Мы знаем, что перед последним разговором Жанны с де Бодрикуром она посетила герцога Лотарингского, тестя герцога Рене Анжуйского, и просила его, чтобы он убе­дил своего зятя оказать ей вооруженную поддержку. Когда Жанна прибыла ко двору дофина, другие фракции не очень-то ею впечатлились, но Карла она бы­стро покорила. Ему нужны были лишь доказательства ее девственности; ре­зультаты обследования, проведенного его тещей, вполне удовлетворили дофи­на. Он решил предоставить Жанне возможность отправиться на снятие осады, «чтобы продемонстрировать под Орлеаном знак Божьего одобрения».

Пока собиралась армия из нескольких тысяч бойцов под командованием гра­фа де Дюнуа, Жанна также готовилась — и также тренировалась — для выполне­ния своей роли. Она сказала своим «голосам», что «она бедная девушка, которая не знает, как ездить верхом или командовать в бою». Но уже 22 апреля о ней пи­сали, что «Девственница каждый день ездит верхом, вооруженная копьем на тур­нире, подобно тому, как обучены все прочие воины, охранявшие короля». Герцог Алансонский, покровитель астрологов и один из главных сторонников Жанны, также сообщал в 1456 году, что он видел в Шиноне, как она про- ехала перед ним с копьем, и был настолько впечатлен ее навыками, что подарил ей коня. Поскольку Жанна не тренировалась в Дом» реми (что было бы в высшей степени невероятным, учитывая средневековое отношение к хсенскому полу), мы можем предполо­жить, что она прошла интенсивный курс по основам военной поди готовки, причем проявила себя энергичной и выдающейся учени­цей. По приказу короля для Жанны были изготовлены доспехи.

Она была не приучена к ношению такого рода вооружения, что видно из наблюдения, сделанного одним из ее товарищей по ору­жию в 1456 году, который заявил, что она была вся в синяках, ког­да прибыла под Орлеан, так как предыдущую ночь спала, не сни­мая доспехов. Для Жанны 2 апреля был найден «экскалибур», как будто специально дожидавшийся ее позади алтаря в церкви Сен- Катрин-де-Фьербуа.


Жанна Д'арк

Но по собственным словам Жанны, она любила свой штандарт в сорок раз больше, чем меч. На штандарте был «изображен спаситель, вершащий правосудие на облаках небесных... ангел, держащий в руках геральдическую лилию, который благословлял образ Христа», а также надпись «Иисус Мария». Штандарт был символом миссии Жанны — как духовной, так и военной. Как она сама заявила на процессе, «она несла свой штандарт, чтобы никого не убить». Для успеха всех операций Жанны было жизненно необходимо ее присутствие с этим штандартом: изображения на нем были задуманы, чтобы показать покровительство Господа французскому делу и самой Жанне.

Раз за разом в хрониках и в свидетельских показаниях на процессе 1456 года подтверждается, что французские солдаты вели себя нерешительно и неуверенно, пока она не появилась со своим штандартом и не вдохновила их на атаку во имя Господа равным образом во имя французского короля.

Усилиями Жанны спасение Орлеана и война против англичан в целом стали настолько же религиозным делом, насколько и военным. Эта идея очень ясно выражена в письме, продиктованном Жанной 22 марта, где она убеждает англичан не просто сдать город, но отказаться от всех их завоеваний.

Создается впечатление, что письмо написано не полководцем, но скорее страстным подростком и пылким верующим: Царь Небесный пошлет Девственнице и ее добрым воинам больше сил, чем вы сумели б выставить против нее во всех ваших наступлениях. И вскоре увидим, за кем высшее право от Бога небесного.

Хотя Карл официально не поручал ей командования, его капитаны подчинялись ей, поскольку «совет Божий заменяет собой любое решение, вынесенное военным советом», как выразился один из современников тех событий. Когда авангард выступил к Орлеану, впереди шли священники с песнопениями veni creator spiritus (прииди, дух святой).

 

От побед к поражениям

Несмотря на успех под Орлеаном, для продолжения борьбы против англичан Жанне нужны были дополнительные войска. Когда подкрепление прибыло, она выступила против других английских опорных пунктов на Луаре, поскольку, пока весь регион не был безопасен, а враг не оттеснен к Нормандии, для дофина было рискованно отправляться в Реймс на коронацию. Однако ясно, что успех Жанны под Орлеаном укрепил доверие к ней и к ее миссии. Войска сплотились вокруг нее, и теперь уже англичане боялись оказывать открытое сопротивление. Мы можем только представить себе тот психологический эффект, который оказывало присутствие Жанны на англичан. Она ассоциировалась с самым тяжелым военным поражением, которое они потерпели с того времени, как их король Генрих V возобновил в 1415 году войну. В умах англичан зародилась мысль, что Господь оставил их, перенеся милость на французов. К Жанне присоединился герцог Алансонский, ставший самым преданным ее сторонником. На процессе по реабилитации он рассказал, как некоторые французские капитаны, несмотря на успех под Орлеаном, отказывались рисковать, нападая на Жаржо, так как опасались силы английского гарнизона. И как Жанна убедила их, что все пройдет успешно, поскольку «сам Господь их ведет». Фактически это французская артиллерия нанесла городу достаточный ущерб, чтобы можно было начать штурм. Затем последовали победы при Бо-жанси и Мён-сюр-Луар, началось наступление к Реймсу. Коннетабль Франции Артур де Ришемон прибыл с большой армией, которая позволила противостоять англичанам в битве при Пате. Роль Жанны в этом бою неясна; возможно, это объясняется тем, что ее ограниченных военных способностей хватало для воодушевления солдат во время осады, но не для генерального сражения.

Жанна продолжала считать войну своей религиозной миссией. Как она писала жителям Труа 4 июля, «Жанна Девственница извещает вас именем Небесного Владыки, ее

«Она — величайший капитан наших храбрых и искусных воинов. Ни Гектор, ни Ахиллес не обладали такой силой».

Кристина  Пизанская , «сказ о Жанна Д'арк», 31 июля 1429г. одно из самых ранних восхваленний побед  Жанны.

 


Жанна Д'арк

суверена, которому она служит каждый день, что вы должны выразить полное повиновение и признать благородного короля Франции». Но еще до входа в Реймс и коронации дофина королем Карлом VII

17 июля стала усиливаться оп­позиция Жанне среди французского командования.

Хотя во время коронации она стояла рядом с ним, держа свой штандарт, об­ряд помазания превратил короля в избранника Бога и высшего военачальника. С этого момента претензии Жанны стали казаться чрезмерными. Хотя она высту­пала за продолжение войны, Карл предпочел политическое решение и вступил в переговоры с герцогом Бургундским. Он также отказался внимать ее все более и более отчаянным доводам немедленно выступить против англичан в Париже. Она решила отвоевать город, но недооценила, насколько это трудно. Если уж Ор­леан не пал в результате осады, то шансы взять Париж были крайне невелики, тем более что англичане отвели в город большую часть своих войск из долины Луары и Нормандии, и туда же подошли свежие экспедиционные силы из Анг­лии. 8 сентября Жанна начала опрометчивое на­ступление против ворот Сен-Оноре в западной ча­сти города. Раненная арбалетным болтом, она подгоняла своих солдат на штурм, но на сей раз, в отличие от боя у Ле-Турели, боевой дух воинов был сломлен ее ранением, и они отступили. Через несколько дней король приказал остановить атаки и вернул армию к Луаре, отстранив от командова­ния герцога Алансонского. Враги Жанны торже­ствовали победу. Король больше не был уверен в ней: она предрекала, что Карл войдет в Париж, но ее предсказания оказались ложью.

Жанна продолжила борьбу с неприятелем на верхней Луаре, но в ее распоря­жении теперь было войско, мало чем отличавшееся от наемного отряда, а ко­мандные полномочия Девственницы были сильно ограничены. Хотя Жанне уда­лось взять Сен-Пьер-ле-Мутье, король отказался прислать подкрепление и провиант, необходимые для продолжения наступления, так что ее попытка оса­дить Шарите-сюр-Луар незадолго до Рождества 1429 года провалилась. Вряд ли после этого она когда-либо была в королевской свите. Остаток ее карьеры был также неудачным. Она помчалась защищать Компьень, когда узнала, что бур­гундцы не выполнили своих обязательств по урегулированию отношений с ко­ролем Карлом и готовились осаждать город. Жанна прибыла вовремя, чтобы войти за городские стены, но на следующий день, 23 мая 1430 года, она провела опрометчивую вылазку, во время которой была взята в плен. Есть даже предпо­ложение, что ее предал французский капитан Компьеня Гийом де Флави. Со­гласно хронисту Персевалю де Каньи, он «поднял мост и закрыл ворота» так, чтобы она не могла возвратиться в город. Через несколько дней Парижский уни­верситет потребовал передать ее инквизиции. Проданная в ноябре англичанам, она была доставлена в Руан как раз перед Рождеством 1430 года. Предваритель­ный процесс по причастности к ереси открылся в начале января, а 21 февраля Жанна предстала перед судом. Последний свой бой она вела не против солдат и укреплений, а против богословов. У необразованной женщины, которая к тому же узурпировала мужскую роль, не было никакого шанса победить в этом сра­жении. Все же она была уверена в поддержке своего короля.

 

Осада Орлеана


Жанна Д'арк

К моменту прибытия Жаннны   в ап­реле 1429 года под Орлеан англий­ская осада, тянущаяся уже седьмой ме­сяц, слабела. Город был слишком большим и хорошо защищенным, чтобы его можно было полностью окружить. Бургундские войска к тому времени уже ушли. Английская армия была разбросана по линии специально возведенных для осады временных крепос­тей. Они были особенно слабы на восточной стороне. На оправдательном процессе переправа Жанны и ее солдат на северный берег Луары была объявлена чудом, которое Господь сотворил в ответ на ее молитвы: ветер изменил направление, чтобы облегчить войскам переправу через реку. В действительности этому с боль­шей вероятностью помогла вылазка защитников Орлеана против английских ук­реплений Сен-Лу, которая началась, когда осажденные узнали о скором подходе французских войск с продовольственным обозом, что позволило Жанне войти в го­род 29 апреля. Согласно показаниям Дюнуа в 1456 году, она была разъярена, что не произошло немедленной схватки с анг­личанами. В самом деле, на основании этого свидетельства можно предполо­жить, что Дюнуа первоначально был наст­роен враждебно по отношению к Жанне и предложенному ей маневру. Как она могла выполнять свою миссию, если бы он не позволил ей сражаться?

В первые дни мая Жанна изводила анг­личан своими религиозными обличениями, которые предназначались в первую оче­редь для Уильяма Гласдейла и его солдат,


Жанна Д'арк

защищавших Ле-Турель, самое южное укреп­ление, стерегущее мост через Луару. Она также собирала силы в самом городе и зани­малась разведкой английских укреплений. Тем временем Дюнуа отправился за подкреплениями в Блуа. По прибытии подкреплений бастида Сен-Лу была взята 4 мая. Через два дня французы захватили августинский монастырь. Это нападение было первым военным опытом для Жанны, который дался ей тяжелой ценой. Но она настаивала, что на следующий день, 8 мая, необходи­мо предпринять штурм Ле-Турели. Жанна была ранена стрелой, «которая проникла через ее плоть между ее шеей и плечом на глубину в полфута», как позже вспоминал Дюнуа.

Сражение продолжалось почти весь день, и Дюнуа советовал отойти. Но Жанна попросила его подождать, пока она помолится. Вернувшись, «она взяла свой штан­дарт в руки и подошла с ним к краю рва, и немедленно, как только она оказалась там, англичане испугались и дрогнули, и солдаты короля вновь обрели уверенность и начали подниматься наверх».

Согласно собственным показаниям Жанны, она была  первой, кто приставил лестницу к стенам. После упорного  рукопашного боя англичане были побеждены. Войска, остававшиеся в остальных укреплениях, предпочли снять  осаду. Орлеан был спасен. В течение следующих двух дней  улицы города оглашались приветствиями Жанне и ее войску, а в церквях возносились благодарственные молитвы.


Жанна Д'арк

 

Похожие материалы