postheadericon Вильгельм Завоеватель

Вильгельм завоеватель

1027\8- 1087г

 

«Юлий Цезарь был действительно выдающимся полководцем... но когда он вторгся в Британию, то не смог совершить там деяний столь же великих, как деяния Вильгельма», Гийом  де  Пуатье

 

Слава  Вильгельм завоеватель как великого полководца опирается на самую известную из дат — 1066 год, и на его победу в одном из решающих сраже­ний в военной истории — битве при Гастингсе. Норманнское завоевание означало что Англия получила не только новую королевскую семью, но также и новый пра­вящий класс, новую культуру и новый язык. Некоторые из замков, построенных Вильгельмом в Колчестере и в Лондоне (Лондонский Тауэр, например), были са­мыми большими сооружениями этого типа в Северной Европе со времен падения Рима. Они стоят по сей день как памятники герцогу, завоевавшему королевство, которое было намного больше и намного богаче его собственного герцогства.


Вильгельм Завоеватель

Норманнское завоевание было одним из самых удивительных военных дости­жений в европейской истории. Все же при серьезном разговоре о Вильгельме как полководце легендарная слава одного года, когда проходило завоевание, не должна позволить затмить тот факт, что Вильгельм провел всю свою взрослую жизнь — почти сорок лет — на войне или готовясь к войне.

Опасности сражения: Валь-эс-Дюн, 1047 год

Когда Вильгельм унаследовал герцогство Нормандское в 1035 году, ему испол­нилось всего 8 лет. Норманнская знать воспользовалась удобным моментом, чтобы отстроить замки и укрепить независимость. Достигнув совершенноле­тия, Вильгельм получит своей первый военный урок, когда он начал борьбу за восстановление герцогской власти. Ему удалось заручиться помощью сюзере­на — Генриха I, короля Франции. Король и герцог разгромили норманнских мя­тежников в битве при Валь-эс-Дюн в 1047 году. Несмотря на то что их вождь Ги де Брион не сдавался, пока не пал после длительной осады Брион, было яс­но, что сражение сломало хребет сопротивлению. Так Вильгельм узнал, что ге­неральное сражение может быть решающим. В атмосфере жестокого соперни­чества во Франции XI в. локальные войны были обыкновенно продолжением местной политики, только другими средствами.

К 1066 году Вильгельм стал опытным полководцем, имея за плечами по крайней мере двадцать сезонных кампаний. И во многих из этих кампаний он брал на себя командование в генеральном сражении. В результате одного лишь мига беспорядка или паники во время боя могли быть уничтожены месяцы и годы работы с катастрофическими последствиями для проигравшей стороны. Это не означает, что Вильгельм был слишком осторожен. В том возрасте кодекс политической чести требовал, чтобы правители, посылающие воинов на войну, сами разделяли с ними ее опасности — а не так, как сегодня, оставались за много миль позади опасной зоны. Если неизбежная битва вселяла в любого солдата ужас перед ранением, или смертью, или позором, насколько это было страшнее для самого военачальника. Общепризнанно, что самый верный способ победить состоял в том, чтобы убить или захватить в плен командира противника; бегство англичан, узнавших о гибели короля Гарольда, — только самый известный пример того, насколько исход сражения зависел от судьбы полководца. Победа самого Гарольда двумя неделями ранее, разгромившего норвежцев в битве Стамфорд-Бридже, была решена убийством норвежских вождей Харальда Сурового и Тостига. При Гастингсе, по свидетельству капеллана герцога Гийома де Пуатье, под Вильгельмом убило трех коней. Если так, то это, возможно, было просто вопросом удачи — кто из двух командующих погибнет первым.

Полководец, принимавший бой, таким образом, подвергал свою жизнь большой опасности. Неудивительно, что сражения были так редки. Только очень самонадеянный человек мог проигнорировать совет, данный «солдатской библией» — De re militari, составленной Вегецием и считавшейся одним из самых

«Победа придет к военачальнику, который готов щедро распорядиться не только своей собственностью, но и собственностью врага».

Герцог  Вильгельм объясняет момневающимся ,  почему он победит  Гарольда

 


Вильгельм Завоеватель

авторитетных руководств по ведению войны. Ее совет относительно вступле­ния в бой был прост: НЕ вступать. Можно, если только ты значительно превос­ходишь численностью врага, если его боевой дух низок, если он устал, если его командование слабо; иначе — не вступать. «Сражение, — писал Вегеций, — по­следнее средство. Сначала нужно испробовать все остальные способы».

Захват Домфрона Вильгельмом Завоевателем

За время, прошедшее после 1047 года, Вильгельм показал себя мастером «всех ос­тальных способов». В борьбе за власть и территорию между принцами Северной Франции, среди которых был и король Франции (под его властью находилась тер­ритория чуть больше, чем область вокруг Парижа), замки были главным яблоком раздора, на них фокусировались и вокруг них велись все кампании. В 1051 году Вильгельм заработал репутацию блестящего бойца, отвоевав город-крепость Дом- фрон (на границе между Нормандией и Мэном) у самого грозного воина своего по­коления, графа Жоффруа Мартела Анжуйского. После первой попытки захватить Домфрон врасплох он обратился к альтернативе — разрушить экономическую базу Домфрона. Он установил блокаду, построив четыре осадных замка. Чтобы снаб­жать продовольствием собственные гарнизоны, как сообщает Гийом де Пуатье, «он выезжал на патрулирование и днем, и ночью, чтобы защищать своих фуражиров от нападений и перехватывать тех, кто попытается доставить в Домфрон провизию или послания». Жоффруа Мартел ответил тем, что подвел свою армию — не так близко, чтобы рисковать быть втянутым в сражение, но достаточно близко, чтобы мешать поиску провианта для армии Вильгельма и угрожать его путям снабжения.

В этом Жоффруа переиграл Вильгельма. Но разведчики последнего донесли, что защитные сооружения Алансона, расположенного на расстоянии 30 миль, бы­ли в плохом состоянии. Вильгельм подошел к городу ночным маршем и на рассвете атаковал, призывая сдаться защитников небольшого форта, прикрывавшего пере­праву через реку. Они отказались, отпуская оскорбительные шутки по адресу его матери. В ответ Вильгельм взял форт штурмом и отрубил захваченными живыми защитникам руки и ноги. Этот акт жестокости побудил алансонцев сдаться, чтобы не рисковать подвергнуться такой же судьбе. Оставив в городе гарнизон, Виль­гельм быстро вернулся к Домфрону, который после этих новостей также решил ус­тупить. В том, что оказалось при близком рассмотрении стратегией истощения не­приятеля, Вильгельм преуспел не только потому, что передвигался с большой скоростью и был готов проявить жестокость, но также и потому, что он был хоро­шо осведомлен — благодаря организации постоянного патрулирования.

1050-е годы: защита Нормандии Вильгельмом Завоевателем

Встревоженные успехами Вильгельма соседние принцы старались сбить с него спесь. В 1053,1054 и 1057 годах король Франции со своими союзниками вторгал­ся в Нормандию. В 1054 году Генрих предпринял наступление по двум направле-

ниям: одну армию он вел сам, другую — его брат. Гийом де Пуатье писал: «Сжигая и грабя, захватчики были полны решимости превратить всю землю в жалкую пу­стыню». Другими словами, как все армии того времени, они рассылали в разные стороны отряды фуражиров, и все, что те не могли унести с собой — будь то про­довольствие или другая добыча, разрушалось. Это было евангелие от Вегеция: «Главной и основной задачей на войне является обеспечение достаточного количе­ства продовольствия для себя и уничтожение врага голодом». Одновременно про­исходящие добыча продовольствия и грабеж, а вместе с тем еще и разорение вра­га — все это устраивает как полководца с его общей стратегией кампании, так и отдельного солдата, заботящегося о своем вознаграждении. Метод, выполняющий разом так много задач, был в высшей степени эффективным способом вести вой­ну. Как этому противостоять, не рискуя вступать в битву?

Конечно, обороняю­щийся не должен запирать себя в его замке и тем самым развязывать захватчикам руки. Вильгельм вывел свои войска в поле, преследуя по пятам обе вражеские армии. Двигаясь достаточно близко, чтобы мешать врагу рассредоточиваться для грабежей и фуражировки, и в то же время избегая риска вступить в сражение, его войска постоянно беспокоили захватчиков. Вильгельм сам преследовал королев­скую армию; в результате возникла патовая ситуация. Но командующие второй французской армии были не в состоянии поддерживать дисциплину своих солдат, которые, естественно, считали грабеж главной целью войны. Как только Вильгель­му сообщили об этом, он послал отборные войска в ночной переход, и на рассвете они застали неприятеля врасплох. Сражение при Мортемере, как его традицион­но называют, по сути стало атакой войск, слишком увлекшихся грабежами и не подготовленных к бою; результатом стало то, что король Генрих, получив извес­тия о разгроме, отказался от вторжения.

Три года спустя, в 1057 году Вильгельм отбил другое вторжение в Норман­дию, когда у Варавиля король Генрих и граф Жоффруа Мартел позволили ты­ловым частям своей армии отделиться от остальных. Вильгельм, преследовав­ший врага с небольшими мобильными силами, не упустил своего шанса и наголову разбил отставших. авоевание Мэна


Вильгельм Завоеватель

По совпадению, и король Генрих, и граф Жоффруа Мартел умерли в 1060 году, что в корне изменило ситуацию. В течение 1060-х годов, во второй фазе своей военной карьеры, Вильгельм смог перейти в стратегическое наступление. Его первой целью стали город Ле-Ман и графство Мэн. Он использовал точно те же самые методы, что и Генрих с Жоффруа в их нападениях на Нормандию. Первым делом он разорил всю область, «терроризируя земли частыми и длительными вторжениями», по сло­вам Гийома де Пуатье. Лишенный экономической базы, Ле-Ман сдался в 1063 году.

Переправа через Ла-Манш Вильгельмом

Смерть Эдуарда Исповедника в январе 1066 года дала Вильгельму повод оспорить права Гарольда на английский трон. Он начал готовиться к вторжению в Англию, развернув деятельность по строительству судов в масштабе, беспрецедентном для норманнской истории. Приготовления шли с таким размахом, что нашли отраже­ние в изображениях на известном гобелене из Байё. Все это вынудило Гарольда предпринять ответные шаги. Начиная с мая английские армия и флот были разме­щены вдоль южного побережья. К августу большая армия, которую Вильгельм со­брал в Див-сюр-Мер, насчитывала около семи-восьми тысяч человек, где каждый четвертый был конный. В течение месяца он стоял в Диве, несмотря на проблемы со снабжением, вызванные его неподвижностью. Возможно, ветры на Ла-Манше были против него, но более вероятным кажется, что Вильгельм не желал ввязы­ваться в очень рискованную игру по высадке армии в присутствии вражеских войск. Но Гарольд также столкнулся с проблемами снабжения, и 8 сентября, про­держав армию более трех месяцев, он был вынужден распустить ее. Теперь, нако­нец, у Вильгельма появился шанс нанести удар. Несмотря на плохую погоду, его флот вышел в море 11 сентября. Но теперь ветер был бесспорно против него. Часть судов затонула, остальные были вынуждены искать убежище в устье Соммы. При­вязанный в течение двух недель к гавани Сен-Валери-сюр-Сомм, Вильгельм мо­лился о южном ветре. Но то, что случилось, было для него еще большей удачей. В устье Хамбера вошел флот вторжения Харальда Сурового, короля Норвегии.

Гарольд срочно собрал армию и выступил на север. Когда он 24 сентября до­шел до Тадкастера, Харальд уже разгромил северное ополчение в битве при Фул- форд-Гейт. Но норвежец недооценил скорость, с которой Гарольд нанес ответ­ный удар. По-видимому, преисполнившись самоуверенности после одержанной победы, он не позаботился разослать разведывательные патрули. Норвежек король и его союзники расположились лагерем в Стамфорд-Бридже около Иовка и чувствовали себя в полной безопасности. 25 сентября они были разгромлены. Всего три дня спустя ветер над Ла-Маншем изменил направление. Вечерей 28 сентября, когда воины короля Гарольда все еще праздновали победу и восста­навливали свои силы, норманнский флот поднял паруса. На следующее утр* Вильгельм, сумев не растерять большинство из своих нескольких сотен кораш лей во время ночной переправы, высадился в Пивенси-Бэй безо всякого сопро­тивления. Полученные известия заставили Гарольда устремиться на юг с такой же скоростью, с какой он шел на север. Когда он достиг Лондона, Вильгельм уже создал плацдарм, используя укрепленные древние форты Пивенси и Гастингса,

Великое сражение: 14 октября 1066 года

У Гарольда еще было время, чтобы выстроить свою армию в сильной защитной по­зиции на возвышении, которое теперь носит название Баттл (Сражение). Все, что ему надо было сделать, это удержать позицию. У Вильгельма не было никакого выбора, кроме как поставить все на одну решительную атаку. Сохранившиеся источники недостаточно хороши, чтобы позволить нам восстановить события то­го осеннего дня (что не мешало многим историкам пытаться это сделать). Веро­ятно, армия Вильгельма обладала решающим преимуществом в стрелковом ору­жии — или технологически в виде арбалетов, с которыми англичане были незнакомы, или только в численности лучников. Хотя Гарольд был отважным вои­ном, у него не было такого многолетнего опыта командования, как у Вильгельма.  В течение последних пятидесяти лет у англичан не было серьезных открытых военных конфликтов, за исключением стычек на шотландской и валлийской границах. Рассказ о притворном бегстве норманнской конницы, выманившей некоторые отряды англичан с их сильной позиции, заставляют предположить большой опыт у одной) стороны, и неопытность у другой. Даже при этом сражение было упорным и долгим. Уже темнело, когда Гарольд был убит при обстоятельствах, которые остаются тайной. Гийом де Пуатье, совре­менник событий, который знал больше всех о том, что случилось, предпочел промолчать. Когда оставшиеся англичане развернулись и ударились в бегство, норманны бросились их преследовать. День закончился резней, которая потрясла со­временников. Это было преднамеренным сигна­лом. Чтобы стать королем Англии, герцог должен был использовать любые средства.

Завоевание Англии Вильгельмом

Вожди англичан были мертвы или находились в смятении, неоспоримого кан­дидата на трон не было, поэтому англичане не могли организовать сколь-либо серьезное сопротивление. Армия Вильгельма двигалась на Лондон, выбрав об­ходной, но стратегически правильный путь через Дувр, Кентербери, Винчестер и Уоллингфорд. На Рождество 1066 года Вильгельм был коронован в Вестмин­стерском аббатстве. В начале 1067 года он с триумфом возвратился в Нормандню.


Вильгельм Завоеватель

Но норманны начали праздновать победу слишком рано. Каждый год с 1067 по 1070 вспыхивали восстания: в Кенте, на юго-западе, в Уэльских мар­ках, в Фенланде, по всей Нортумбрии. К 1069 году Вильгельм понял, что север представляет военную проблему, практически неразрешимую для короля Анг­лии, который также являлся герцогом Нормандским. Фактически отрезанная от остальной части Англии Хамберскими болотами и Пеннинскими горами, Нортумбрия была полностью открыта для датского и шотландского вторже­ния. Решением Вильгельма, которое неуклонно проводилось в жизнь в течение зимы 1069/1070 года, стало «Истощение Севера» — рассчитанное уничтоже­ние зимних запасов продовольствия и посевного зерна в регионе: избиение голодом. Ущерб, нанесенный экономике Йоркшира, был так велик, что его по­следствия проявились годы спустя в «Книге Страшного суда» (1086 г). Стра­тегически Вильгельм решил проблему севера, превратив его в санитарный кор­дон, пустошь, не вызывающую интереса у хищных соседей. В 1070 году короли Дании и Шотландии вновь вторглись туда и очень скоро вернулись домой.

После 1071 года власть Вильгельма над Англией стала довольно прочной, еще больше ее укрепила политика сооружения замков во всех городах незави­симо от их важности. Но граждане Ле-Мана использовали в своих интересах его отсутствие на континенте, чтобы сбросить норманнское господство. В 1073 году Вильгельм вернулся в Мэн, приведя с собой английское войско. По словам англосаксонской хроники, «они разорили его, уничтожили вино­градники, сожгли города дотла и полностью опустошили сельскую местность, приводя его в подчинение». Все вернулось на круги своя. Новый король Фран­ции и граф Анжу разминали свои мускулы, и родина Вильгельма была намно­го более уязвимой для внезапного нападения, чем его островное королевство. С тех пор дипломатия и война на нормандских границах отвлекали большую часть его внимания. Поскольку он старел, не все шло так, как ему хотелось. В 1087 году гарнизон французской крепости Мант совершил набег на Нор­мандию. Когда войска Вильгельма в отместку.грабили Мант, он получил рану, от которой умер.

 

 


Вильгельм Завоеватель

Как Гарольд был вынужден

В октябре 1066 года, со всем своим двадцатилетним во­енным опытом, Вильгельм оказался перед проблемой, совершенно не похожей на то, с чем он имел дело ранее. Все шансы были против того, что он сможет продолжать властвовать в Нормандии и одновременно удерживать плац дарм на другом берегу Ла-Манша в течение наступаю­щей зимы. Он не был бы в состоянии очень долго содержать необычно большую для того времени армию. Только в слу­чае его победы в сражении с Гарольдом он мог получить прибыль, соразмерную с масштабом и стоимостью его при­готовлений. Впрочем, это было очевидно с самого начета. Впервые за свою военную карьеру он начинал кампанию с намерением заставить врага принять бой. Потенциальная награда была настолько велика, что на этот раз стоило ри­скнуть.


Вильгельм Завоеватель

Но для сражения нужны две противоборствующие стороны. Почти всегда полководец, который больше терял в случае поражения, мог уклониться от боя. Проблема Вильгельма состояла в том, чтобы поставить Гарольда в та­кое положение, когда у англичанина не осталось бы никако­го выбора, кроме как стоять и сражаться.

 

Сразу после высадки норманны принялись разорять об­ласти вокруг Гастингса. Любой король чувствовал обязан­ность защищать своих под данных, а у Гарольда был дополни­тельный стимул: это был Восточный Сассекс - область, в которой располагалось много его родовых имений. Держа­тели здешней земли были его арендаторами, многих из них он знал лично. Разорение Восточного Сассексабыло в какой- то мере провокацией, чтобы заманить Гарольда на расстоя­ние удара. Правда, могло быть и так, что окрыленный своей большой победой при Стамфорд-Бридже, Гарольд решил повторить удачный ход и рискнуть в надежде на то, что он сможет снова захватить захватчика врасплох.

Но за просчеты, которые мог допустить Гарольд, он был наказан лишь потому, что Вильгельм, как и на прося­ получить максимум информации прежде, чем предпринимать какие-то действия. Гийом де Пуатье заметил, что все полководцы высылали разведчиков, но герцог Вильгельм ходил в разведку сам, что он и сделал после высадки в Англии.

Вечером 13 октября разведчики Вильгельма сообщили  ему, что Гарольд приближается. Он поспешно призвал все  войска, которые занимались фуражировкой; боясь ночной  атаки, Вильгельм приказал своим солдатам в лагере стоять с оружием в руках до рассвета. Но нападения, которого так опасались, не произошло. Англичане решили ночью отдохнугь. С первыми лучами солнца вся норманнская армия быстро двинулась на противника, не давая Гарольду никакой возможности отступить в  полном порядке. Момент, к которому долго  готовился Вильгельм, наступил. Теперь сражение было неизбежно. Добиться этого в  стратегической ситуации, которая была для него совершенно беспрецедентной, было блестящим ходом Вильгельма.

«Здесь, - написал создатель гобелена Байё, - подожжен дом». Уничтожение вражеской собственности было I стандартной военной стратегией. Вильгельм  согласился   бы с древним комментатором международного права: «Если иногда покорные       и             невинные             терпят убытки и теряют    свое добро, то иначе и быть не может».

 

Похожие материалы