postheadericon Аэций

Аэций

ок. 400—454 гг.


«Аэций был великим защитником Западной республики... и с ним Гесперийское царство пало, и до настоящих дней оно не может возвысить свою голову». Марцеллин  Комит , «Хроника», С. 534

 

Флавий Аэций был  последним  Великим полководцем  Запад­ной Римской империи. Верховный командующий западно-римских армий с 433 года до своей смерти в 454 году, он умело поддерживал римское владычество в Галлии, настраивая одну группу варваров против другой. Его смерть часто рас­сматривается как начало конца Западной Римской империи.


Аэций

Аэций родился около 400 года. Он был сыном Гауденция, который начал свою службу солдатом на Балканах, затем вступил в элитную Преторианскую гвар­дию и поднялся до поста командующего конницей. Мать была итальянкой, на­следницей сенаторской семьи. Аэций начал свою карьеру в армии, следуя по стопам отца и став преторианцем еще в подростковом возрасте. Поскольку его семья была очень влиятельной, Аэций провел часть своего детства в качестве заложника у короля вестготов Алариха, а позже — провел несколько лет заложником у гуннов. К молодым заложникам обычно относились скорее как к воспитанникам, чем как к заключенным, хотя они могли лишиться жизни при ухудшении дипломатических отношений. У гуннов Аэций изучил искусство верховой езды, стрельбу из лука и даже установил дружеские отношения с одним из их вождей, Ругилой (ум. 434 г.), и с его племянником Аттилой. Аэций женился на дочери знатного вестгота, одного из их сыновей, Карпилиона. oтправили в качестве заложника Ругиле в 425 году. Отношения, которые завяза­лись у молодого Аэция с вождями вестготов и гуннов, хорошо послужили ему в дальнейшей карьере.

Приход к власти

Когда западный император Гонорий умер в 423 году, не оставив наследника. восточный император Феодосий II (правил 408—450 гг.) назначил его преем­ником Валентиниана III (правил 425—454 гг.), четырехлетнего племянника Гонория, под регентством его матери, принцессы Галлы Плацидии (ум. 450 г,)

Ребенок-император — последнее, в чем нуждалась Западная Империя, и так пе­реживавшая тяжелые времена. Армия восстала и возвела на трон чиновника н» имени Иоанн. Отказавшись признать законность государственного переворо­та, Феодосий дал Галле Плацидии армию, чтобы силой вернуть трон Валентиану. В свою очередь, перед лицом такой угрозы Иоанн послал Аэция к от друзьям-гуннам, чтобы завербовать войска наемников. Аэций возвратился во главе шестидесяти тысяч гуннов и узнал, что Иоанн уже разбит и казнен. При других обстоятельствах Аэций разделил бы судьбу Иоанна, но гунны устроили бы разгром в Италии, если бы он был убит. Галла Плацидия, сообразуясь с си­туацией, назначила Аэция командиром конницы и командующим действую­щей армией в Галлии.

Положение, которое Аэций застал в Галлии, было отчаянным. Германцы неу­клонно занимали территорию империи. В 417 году римляне были вынуждены раз­решить вестготам обосноваться в Аквитании на правах foederati (союзников). Вестготам, которые пришли в империю, отступая под давлением гуннов в 376 го­ду и в 410 году разорили Рим, были предоставлены налоговые поступления от про­винции взамен на обязанность служить в римской армии. Теоретически все еще считаясь подданными Рима, они эксплуатировали его слабость, чтобы увеличить территорию, находившуюся под их контролем. На севере римляне столкнулись с подобной проблемой в лице франков, которые захватили контроль над провин­цией Белгика. Большую часть Восточной Галлии заняли бургунды. Даже в тех провинциях, которые фактически уп­равлялись Римом, было неспокойно из-за действий кресть­янских банд, называемых «багаудами» (bagaudae).

Чтобы справиться со всеми этими проблемами, у Аэ­ция было всего около сорока пяти тысяч регулярных войск, если предположить, что все подразделения были полностью укомплектованы. Из-за этого он в большой степени зависел от наемников-гуннов, которые пополня­ли его войска, и без них он смог бы достичь немногого. Первый успех Аэция приходится на 425 или 426 год, ког­да он победил короля вестготов Теодориха (правил 418—451 гг.), который предпринял попытку захватить Арль.

В 427 году он разбил франков, пытавшихся расши­рить свою территорию до реку Соммы, в 430 году отразил вторжение алеманов, в следующем году подавил восстание в Альпийской области Норике и вновь отогнал вестготов от Арля. В 432 году Аэций нанес еще одно поражение франкам. Этот ряд побед значительно поднял его престиж и влияние. В 429 году Аэций стал в армии вто­рым человеком после Феликса, главнокомандующего войсками запада. В следу­ющем году он вынудил Галлу Плацидию отстранить Феликса и назначить на его место самого Аэция. Феликс «Счастливый» был казнен по обвинению в из­мене. В 432 году Аэций стал римским консулом.


Аэций

Гражданская война

Галла Плацидия так и не простила Аэция за то, что он поддержал Иоанна, она просто ждала случая, чтобы отомстить. В 432 году она отстранила от должно­сти Аэция и назначила на его место Бонифация, до этого командовавшего ар­мией в Африке. Аэций отказался подчиниться и встретился с Бонифацием в сражении около Римини.

Хотя Бонифаций победил в битве, он вскоре умер от ран. На его место был поставлен зять, Себастьян. Аэций бежал к гуннам и при поддержке Ругилы смог возвратиться в Италию и предъявить свои условия Галле Плацидии в 433 году. Себастьян был сослан, а Аэций восстановлен в должности главнокомандующего и стал патрицием, получив самый высокий ранг в римской аристократии. Власть Аэция в Западной империи стала полной в 437 году, когда регентство Галлы Плацидии кончилось в связи с тем, что Валентиниану исполнилось 18 лет и он достиг совершеннолетия. Валентиниан от­личался слабым и безвольным характером; при его матери Аэций был в полити­ке оттеснен на второй план, но теперь он фактически стал правителем Западной империи. При всех своих амбициях Аэций никогда не стремился за­хватить трон для себя. Ведь если предпринять такую попытку, то это непре­менно вызвало бы враждебные действия со стороны Восточной империи. Аэ­ций обладал достаточным политическим опытом, чтобы понимать: Западной империи нужна поддержка Восточной, если она хочет выжить. Намного удоб­нее быть властью позади трона.

В 430-е годы появилась новая серьезная угроза Западной империи. В 429 году король вандалов Гейзерих повел своих людей на завоевание Северной Африки из Испании, где они постоянно подвергались нападениям вестготов. Возможно, что Бонифаций, участвовавший тогда в восстании против западного правительства, подстрекал Гейзериха в надежде использовать вандалов для поддержки своих Претензий почти таким же способом, как Аэций использовал гуннов. Если так, то планы его сразу же были нарушены, поскольку Гейзерих отбросил войска Бони­фация и начал двигаться на Карфаген, самый богатый и большой город Северной Африки. Северная Африка была единственной провинцией Западной империи, пока еще не затронутой войной, главным источником налоговых поступлений для западного правительства и зерна для Италии. У Аэция, связанного по рукам и ногам в Галлии, было совсем немного войск, которые можно было отправить в Африку. Чтобы спасти Карфаген, он признал власть вандалов в Мавритании (приблизительно на территории современного Алжира) в 435 году.

Разгром бургундов

Чтобы заняться вандалами, Аэцию сначала нужно было стабилизировать поло­жение в Галлии. В 436 году он нанес решающий удар по бургундам, направив на них армию гуннов. Во время жестокой уничтожающей кампании погибло двадцать тысяч бургундов, включая их короля Гундакара. Оставшихся в жи­вых, запуганных и деморализованных, Аэций несколько лет спустя поселил на землях к югу от Женевского озера. Сокрушительное поражение бургундов во­шло в легенды и стало основой для германского средневекового эпоса — «Пес­ни о Нибелунгах» (Niebelungenlied). Одновременно Аэций разгромил боль­шинство банд багаудов, свирепствовавших в Галлии, подавил восстание в Арморике (Бретань) и, воспользовавшись в своих интересах уходом вандалов в Северную Африку, вернул под римский контроль всю Испанию, кроме горис­той Галисии, которая оставалась в руках свевов, прежних союзников вандалов. Еще два года он вел тяжелую кампанию против вестготов, которая заверши­лась решающей победой в сражении у Змеиной горы в 438 году.


Аэций

Опираясь на серьезную помощь гуннов, Аэций за десятилетие с небольшим непрерывных походов достиг многого. Он восстановил рейнскую границу впервые с тех пор, как она была пройдена вандалами в 409 году. Большинство германских племен, шедших по их следам, было либо изгнано, либо полностью смирилось с римской властью, а вестготы снова вытеснены на земли, предостав­ленные им соглашением 417 года. Мир и порядок восстанавливались в сельской местности Испании и Галлии, обещая столь необходимое правительству За­падной империи увеличение налоговых сборов. Скоро у Аэция были необходи­мые ресурсы, чтобы раз и навсегда разобраться с вестготами.

Договор 435 года остановил Гейзериха в опасной близости к Карфагену, но постоянные походы Аэция по наведению порядка в Галлии не оставляли ему другого выхода, кроме как сократить гарнизон города до минимума. Очевидно, самый умный и самый безжалостный из варварских королей своего времени, Гейзерих не мог устоять перед соблазном и в 439 году захватил Карфаген, а вместе с ним и богатейшие провинции Северной Африки. Потеря Карфагена была, безусловно, самой серьезной неудачей из всех, что когда-либо пережива­ла Западная империя в ее борьбе за выживание. Без налоговых поступлений из Северной Африки западное правительство в финансовом отношении было не­жизнеспособно, а без североафриканского зерна голод настиг бы жителей Ри­ма. Хотя административной столицей Западной империи с 402 года была Ра­венна, Рим оставался ее символическим центром. Голод в Риме поставил бы точку на власти Аэция. Чтобы поставки зерна не прекращались, ему не оста­лось другого выбора, кроме как признать право Гейзериха на владение Карфа­геном, но он немедленно начал планировать контрнаступление. Понимая, что для выполнения этой задачи собственных сил ему недостаточно, он обратился с Феодосию за поддержкой от Восточной империи. В конце 440 года флот в во главе тысячи ста судов и огромной армии от обеих империй начал собираться в Сицилии. Если бы все Пошло как надо, то экспедиция разом изменила бы судь- 1у Западной империи. За возвращением Северной Африки под римский контроль коре непременно последовало завоева- ние остальных варварских анклавов в Гал- кии и Испании. Флавий Аэций был бы провозглашен спасителем Рима.

Но экспедиция так никогда и не отплы­ла. Вторжение Аттилы в Балканы в 441 го- иу вынудило Феодосия отозвать свои вой­ска, и кампания была отменена. С этого момента Западная империя жила взаймы, фигурально выражаясь. Последняя неудача никак не отразилась на лич­ном престиже Аэция. Даже бритты, отвергшие римскую власть.в 410 году и с тех пор независимые, в 446 году прислали просьбу о помощи против варваров, кото­рые беспокоили Британию своими нападениями. Однако с трудом завоеванные (достижения 430-х годов постепенно начали таять. Пользуясь тем, что Аэций был поглощен проблемами Северной Африки, свевы вышли за пределы Галисии и ста­ли завоевывать Испанию. Ограниченные силы, которые Аэций смог туда по- I слать, чтобы противостоять свевам, понесли ряд поражений, и к 443 году прак­тически все земли к югу от реки Эбро были ими потеряны. По крайней мере, дружба Аэция с Аттилой помогала защищаться от набегов гуннов. Чтобы задоб­рить Аттилу, Аэций нашел способ заплатить ему дань, не теряя лица, — он сделал его почетным главнокомандующим, этот пост принес гунну неплохие деньги.

 

«Твой нагрудник не столько защита, сколько одежда... не великолепное представление, а образ жизни».

Флавий  Меробавд, «Панегирик Аэцию», ок. 446

Аэций против Аттилы

В 450 году дружба между Аэцием и Аттилой дала трещину, и римлянам пришлось 5 готовиться к возможному вторжению гуннов. Аттила, возможно, хотел занять место Аэция как ведущего полководца Западной империи и заявил о своем намерении напасть на королевство вестготов в качестве союзника императора. Аттилу также ободрило то, что он по считал предложением заключить брак от мятежной сестры Валентиниана Гонории и возможность вмешаться в борь­бу за наследство среди франков. Поскольку Аттила одно­временно угрожал империи, вестготам и франкам, Аэ­ций смог создать невероятную коалицию, чтобы выступить против общего врага. Во главе армии, куда входили войска римлян, вестготов и франков, Аэций одержал свою самую большую победу, нанеся пораже- ; ние Аттиле в сражении на Каталаунских полях в 451 году. Аттиле позволили уйти в относительном по­рядке; гунны были слишком нужны Аэцию, чтобы же­лать их полного разгрома. В этот момент Аэций допустил самую серьезную ошибку за всю свою карьеру. Решив, что Аттила смирился после поражения и готов восстановить дру­жественные отношения, Аэций пренебрег охраной Альпийских проходов.


Аэций

В 452 году Аттила, не оставивший своих претензий жениться на Гонории, смог вторгнуться в Италию, почти не встречая сопротивления, и разорять ее до тех пор, пока проблемы со снабжением не вынудили его уйти. Следующей весной Аттила неожиданно умер, и его империя тут же начала разваливаться.

Падение империи гуннов оставило Аэция военным и политическим банкро­том. Он не только потерял незаменимый источник жестоких и умелых войск, но также и неустойчивое равновесие власти, с помощью которого он поддерживал римский контроль над Галлией, было подорвано. После схода гуннов со сцены у германских племен больше не оставалось никаких серьезных причин для продол­жения союза с Аэцием. Его влияние при имперском дворе также было подорвано. Только он один мог справиться с гуннами: теперь он перестал быть незаменимым.

Падение и смерть

Даже до смерти Аттилы Валентиниан все более и более тяготился властью Аэция. После смерти Феодосия в 450 году Валентиниану пришел в голову легкомыслен­ный план воссоединить империю под его единоличной властью. Аэций помешал реализации этого плана, понимая, что это означало бы гражданскую войну, кото­рую империя не могла себе позволить. Вскоре Валентиниан и Аэций не сошлись во мнениях по поводу брачного союза. Чувствуя, что его позиции слабеют, Аэций предложил заключить брак между своим сыном Гауденцием и дочерью Валенти­ниана Плацидией. Поскольку император не имел наследников мужского пола, свадьба не только сделала бы положение Аэция непоколебимым, но Гауденций так­же стал бы наследником трона. Для Валентиниана это было слишком. Во время встречи 21 или 22 сентября 454 года, где обсуждались вопросы сбора налогов, он внезапно вынул свой меч и убил Аэция. Хронист, живший в то время, замечает,

что Валентиниан с таким же успехом мог отру­бить свою собственную правую руку. Вален­тиниан прожил после этого только шесть ме­сяцев: 16 марта 455 года он был зарезан двумя преданными Аэцию офицерами-гуннами, когда он тренировался в стрельбе из лука в поле за пределами Рима. У Западной Рим­ской империи не нашлось полководца, спо­собного заменить Аэция, а у Валентиниана не было бесспорного преемника, поэтому им­перия окончательно пришла в упадок. Ко вре­мени, когда ее последний бессильный импера­тор был свергнут варварским полководцем в 476 году, Западная Римская империя практи­чески не имела владений за пределами Италии.

Падение Западной империи никоим-обра­зом не умалило посмертную репутацию Аэ­ция, и в VI в. византийский историк Проко­пий назвал его «последним из римлян». Аэций не смог спасти Западную империю, но это было в значительной степени результатом действия обстоятельств, над которыми он был не властен. Его послужной список говорит сам за себя: за всю свою карьеру он проиграл только одно сражение, вой- а его обожали, и его политические суждения были обычно здравыми. Самой большой его ошибкой была надежда на гуннов, вызванная хронической нехватка людских ресурсов в Римской империи. Аэций мог лишь отражать очередную угрозу империи, прежде чем направить свои ограниченные силы на предотвращение следующей. Он блестяще использовал свои военные и политические способности, чтобы выиграть время для империи, дожидаясь пе­реломного момента, который так никогда и не наступил.

Сражение  на Каталауннских  полях


Последняя и самая важная победа  Аэция, сражение на Каталаунских полях, была образцом дипломатии и военного искусства. Перед лицом вторжения в Галлию своего бывшего союзника Аттилы в 451 году Аэций со­здал невероятную коалицию из своих прежних гоманских врагов в Галлии, включая вестготов под командованием опытного короля Теодориха ). франков, бургундов, саксов и аланов з прошлом кочевого народа, вытесненного гуннами из степей). Большая часть регулярных римских войск Аэция также состояла из германцев, таким образом, его армия только но­минально могла считаться римской. В армии Аттилы также было много германцев, набран- -ъи среди покоренных им народов, и главными среди них были остготы и гепиды.

Аттила дошел на запад до самого Орлеана,

с взять город не смог. Аэций постоянно трево­жил его налетами, и Аттила отошел в более от­бытую местность - на Каталаунские поля (современная Шампань), где он мог более эффективно реализовать свое превосходство  коннице. 20 июня около деревни Шартр, между Шалоном и Труа, Аттила разбил лагерь, окружил его повозками  приготовился дать отпор своим преследователям. Он выстроил свои войска в боевом порядке со своими гунна- центре и германскими союзниками на флангах. Аэ- лй поставил регулярные части на левом фланге, а вестготты  и других германцев - на правом. Аланы, в надежность которых Аэций сомневался, он поставил в . чтобы не допустить их бегства.


Аэций

Битва началась около трех часов пополудни сражением за обладание невысоким холмом на левой стороне поля. Аэций заметил эту выгодную позицию немного раньше, чей Аттила, и вестготской коннице под командованием Торемунда (сына Теодориха) удалось занять высоту лишь много опередив гуннов. После этого сражение стало об­или. Римская пехота сформировала непроницаемый иной. закрывшись щитами, поэтому Аттила сконцентриро­ сражалось в пешем строю. В схватке король Теодорих был сброшен с коня и насмерть затоптан собственными во­инами. Жестокая битва все еще продолжалась, когда нача­ло смеркаться, с начала боя прошло уже около семи часов. Аттила начал отходить к своему защищенному повозками лагерю, преследуемый Торисмундом. В темноте и нераз­берихе Торисмунд был ранен в голову и сброшен на землю.

От судьбы своего отца он спасся лишь благодаря быстрым действиям одного из своих воинов. Аэций добился преиму­щества в сражении и отозвал свои войска, не рискуя про­должать схватку в темноте. Потери с обеих сторон были тя­желыми - источники говорят о ста шестидесяти пяти тысячах убитых, что маловероятно. Аэций не отдал приказа о преследовании, когда Аттила на следующий день стал от­ступать. Вероятно, римлянин хотел сохранить армию гун­нов, чтобы уравновесить силу вестготов в Галлии.

 

Похожие материалы